Живая гробница

wp-1463733981998.jpeg

Память подводит меня. Я забыл, что до посещения Олимпа мы заезжали в Вергину. Но фотографии восстанавливают истинную последовательность и историческую справедливость.

На этом фото — неприметный с виду холм. Это не вход в подземный туалет, как могло бы показаться. (Туалетная тема имеет большое значение в ходе экскурсионных поездок, как я мог убедиться позднее в Испании. Но сейчас не об этом).

Это — гробница македонского царя Филиппа II, известного в основном как отец Александра Македонского. Как и в случае с Алексеем Михайловичем Тишайшим, отцом Петра I, шумная слава сыновей затмила в глазах последующих поколений деяния отцов — многочисленные реформы, расширение территории, войны и союзы с окружающими государствами. Между тем Филипп как минимум подготовил великие подвиги сына, а некоторые утверждают, что сын просто воспользовался итогами отцовских реформ, созданной им армией и внедренными им военными технологиями (например, знаменитой македонской фалангой).

Интригу добавляет и загадочная история убийства отца на его собственной свадебной церемонии. Объединив Грецию и подготовив завоевательный поход против персов, Филипп вдруг решает жениться на молодой Клеопатре (что бывает с мужчинами). При живой-то супруге Олимпиаде! Родственники Клеопатры бодро осваиваются при дворе царя, а обиженная Олимпиада с ребенком уезжает к маме. Ну, положим, не к маме, а к брату, тоже царю. И не с ребенком, а с подростком Александром-еще-не-великим. Но что это меняет?

И вот на пышной свадебной церемонии счастливый новобрачный едет на 13-й колеснице (не отсюда ли несчастливый номер?). Дорогу ему заступает собственный телохранитель Павсаний и протыкает его копьем через прорехи между латами. «Кольчужка-то коротка». С Павсанием поступают как Джек Руби поступил чуть позднее (на 2300 лет) с Ли Харви Освальдом, поэтому достоверно неизвестно, кто был заказчиком этого убийства. То ли персы, забоявшиеся предстоящего похода, то ли оскорбленная в лучших чувствах супруга, то ли ее родня, утратившая позиции при дворе. То ли сам Александр, который вот-вот должен был достигнуть совершеннолетия и эдипально жаждал самостоятельности, боевой славы и прилагающихся женщин. (Впрочем, и сам Филипп стал царем в 23 года, отодвинув наследника, которому был опекуном).
А, может быть, этой смерти хотели все вместе.

История гробницы не менее интересна и я хотел бы еще вернуться к ней в отдельном посте (может быть и вернусь). К сожалению, внутри этого холма-гробницы, в музее там расположенном, фотографировать нам не разрешили. Поэтому придется довольствоваться чужими фотографиями, найденными в интернете. Скульптурные портреты Филиппа и Александра, щит и наголенники (они разной величины — Филипп был хромоног из-за боевой травмы), тонкой работы прекрасные золотые венки с пчелами, дубовыми листьями и желудями (с венками связана отдельная история), изумительно живая фреска «Похищение Персефоны», монументальные подземные ворота гробницы. Очень атмосферный музей, хотя и не очень большой. Рекомендую заехать в Вергину, если будете в Греции.

А пока можно прочитать греческого археолога Манолиса Андроникоса, который открыл эту гробницу в 1977 году (http://rec.gerodot.ru/vergina/andronikos01.htm). Представьте себе, как вы проникаете в помещение, где никого не было 2300 лет. Две тысячи триста лет… За три столетия до Христа.